Когда наш фильм «Изображая жертву» получает международный приз в Риме, вдруг ясно, что чувство юмора не имеет национальности. Когда в наш прокат выходит «Школа негодяев» Тодда Филлипса, в это снова не верится. На удивление монотонное и бесцветное зрелище заставляет перевести в разряд «очень смешных комедий» даже такие невнятные воспоминания, как «Школа рока» Ричарда Линклейтера. Фильм Тодда Филлипса пикирует гораздо дальше – куда-то в конец периода застоя, когда снималась феноменальная серость вроде «Мы веселы, счастливы, талантливы» (1986) про «щадящую» психологию на территории СССР.
Как вы думаете, если кино начинается с кроликозубого кретина (Джон Хидер), которого два черных отморозка раздевают до трусов, а потом над ним измываются шеф, сослуживцы, дети в спортзале, соседка (Джасинда Баррет) – чем это может кончиться? Правильно, Сигизмунд, куда ж нам без перерождения в мачо, без бурной любви в Майами, и не только у нас? Стройные ряды кретинов с большими редкими зубами пойдут в ЗАГС, возьмут заем в банке, поднимутся по лестнице (служебной), спустятся с гор (холодных), бросят жену (старую стерву), чтобы жениться на новой (стерве). Нет, зубы они не сделают. Они начнут посещать «секретные» курсы по увеличению собственного достоинства. В комедийном ключе представлена на сей раз мрачная драма о промывании мозгов.
Юмор - как некий доктор Пи (Билли Боб Торнтон) гнобит целый класс задохликов не просто так, а за деньги, согласно прейскуранту. Проводит практические занятия, как всем им гнобить друг друга ради успехов в труде и счастья в личной жизни. Умей сказать «фак», умей броситься на врага: когда все люди – враги, «добро должно быть с кулаками». С каждой следующей комедией «курсы» (также по бальным танцам и ведению дневников) становятся все более надежной схемой американской мечты. Условие одно - в ХХI веке, раз деньги заплачены, препод автоматически под контролем. Гадить можно и нужно в меру произведенных выплат - это придаст комедии «взвешенность». Но картонный негодяй Торнтона меру выплат недоучел, и тут вдруг вместо последовательного развития анти-гламура до полной черноты начинается наглядная агитация за «возлюби ближнего своего». Несмотря на новые умения, курсанты оказываются веселыми и талантливыми. С негодяем борются, как с огнем.
Перевоспитание кретина (Джон Хидер) длится добрых 100 минут, имеет один ударный момент – когда ближе к концу вдруг возник другой такой же кретин, эпизодный. Его сыграл лично Бен Стиллер, он действительно забавен, с ним еще полсотни живых и настоящих кошек (особенно белая хороша). Остальные «приколы» рассыпаны по хронометражу с упорным соблюдением размера «в час по чайной ложке». Полное ощущение мозговой дистрофии – будто фильм снят таким же закомплексованным типом, как его персонажи. Ни пейнтбол в темно-синем лесу, ни ревность и месть, ни надпись красным фломастером на боку у живой собаки «Отсоси мне!» - ничего не работает на комедию в ритме похоронного марша. Все время видно, как Хидеру было противно наращивать «кроличьи зубы» перед каждой съемкой, а Торнтону – клеить парик «под старого Синатру».